Купание в Иордани (1995-1998)

[sart27]

Из сборника "Купание в Иордани" (СПБ: Пушкинский фонд, 1998), редактор-издатель  -  по совершенно изумительному простодушию - выбросил два десятка стихотворений, которые не отвечали его строгому вкусу. В том числе - текст, давший название книге. (Очасти из-за этого название  в выходных данных содержит смысловую опечатку - "в иордани"). Вот несколько  этих текстов.

 

 

Купание в Иордани

Сельских батюшек большие животы

бледные - разделись да и в реку

Иордань! их помыслы чисты

в мутных желтых водах, человеку

непрозрачных , даже если там

чудо оптики - на том, на самом месте

где стоял Господь, неочевидный к нам

зрителям ночных известий

Первое свиданье

если после политеха

ты россии не спасал

инженерствовать не ехал

со святыми за урал

если к тайному оружью

ты руки не приложил

или же с чертежной тушью

кровь из отворенных жил

не смешал заради блага

главной родины твоей -

станет пострашней гулага

первое свиданье с Ней

Американское утро

соскоблив налет скабрезный

фирменную сбив глазурь

голый и неинтересный

с тихой заводью в глазу

перед зеркалом он занят

перекатываньем мышц

где-то время проползает

и перебегает мышь

по руке его - от шеи

к поясничному бугру...

дышится на возвышеньи

как на небе - не в миру!

 Легкие игры

о легка игра

в олега ли в игоря

и горя не мыкая

даже голь немытая

выгоряне -

а туда же, играют

во дворян водворение:

володей нами княже

сидай на коня же

ну!

а мы и пешком на войну

 

Военно-полевая церковь

восстановленные в попранных правах

пуля-дура и судьба слепая

девки со свечами в головах

с каплей воска на подоле облетая

полевую церковь свежей кладки

бог из бетономешалки

бог усвоивший армейские порядки

по ускоренному курсу в караулке

рядом с Маршалом чугунным на лошадке

как собачка с госпожою на прогулке!

Паж и Госпожа

"госпожа!"...- гас пажа голос

и шаги его по каменным плитам

звенели все тише редкой монеткой

менестрантом оброненной или нищим

 

время больших соборов уже не грозит вернуться

воспроизвести легко а попробуй впервые -

чтобы снова стало просторно и воздуху больше чем надо

кипарисовой Матери Божьей

 

"госпожа!..." - высота испуга доступна

только в отрочестве, худший говорят возраст

но что за крестовые своды какие узкие окна

никаких глаз не хватает

 

Торс Антиноя

Внешние вешние лишние светы.

Камень холодный словно его достали

со дна пересохшей Леты.

Памятник Судному Дню устоит на своем пьедестале

и после того как разрушится все остальное

камень холодный схваченный сверху в падении.

В пыльном окне Академии

ослепительный гипсовый торс Антиноя

 

Памятник полководцу

мы за нашим генералом

генералом на коне

двинем хоть и пешедралом

с животом пустым и впалым

но довольные вполне

 

раз - побудка два - приборка

три - оружье за плечо

и в окрестностях нью-йорка -

прима беломор махорка -

сразу станет горячо!

 Плачущая бомба

из-за маршальской гармошки

из-под пушкинской морошки

выпростать хотя ладонь бы 

выпросить слезу у бомбы

ах пускай она поплачет

ей ничего не значит

что пескарь на сковородке

скоморошничает скачет

 

 

 

Мычанье на закате

 

где птица певчая мычит по вечерам

где на закате открывается парламент

вороньей свары

и обворованный выходит ветеран

сидеть на жердочке на рваном поролоне

там я не с вами

 

друзья мои о ком нельзя сказать,

что мы прожили день единым духом

что были счастливы, когда мы были вместе

за элегическую эту благодать

платить приходится, завидуя старухам

и старикам из мрамора и жести

 

усталое железо чей расцвет

поделен между ржавчиной и светом

вечернего подкрашенного хной

приплюснутого солнца - да и нет

отчетливых границ, присвоенных предметам

и ноющих, как шов, от боли неземной

 

а птица певчая мычит по вечерам

мычит настойчиво и нечленораздельно

перекрывая многогорлый гам

и скрип платформы карусельной