Все обращения в стихах текут, как дымы,
сквозь темные дома и скверы, и мосты...
И то безлицее, то тютчевское "ты" –
не женщина, не друг, но слушатель незримый,
одно живое ухо пустоты.
О чем, неважно, говорить, но говоренье
стихов – лишь к одному обращено,
кто сердце есть вещей, и око, и окно,
кто, словно зеркало, свободен в проявленьи...
Он и дыханье примет, как пятно.
июнь 1972